Прошла неделя. Барр вновь возобновил свою службу во дворце Моаркса и провел еще одну ночь с госпожой. Она рассказала ему, что выпросила у мужа обещание, и он вскоре будет приглашен во дворец Властителя. Барр поинтересовался реакцией Лорда, но Леди успокоила его: Моаркс ни о чем не расспрашивал, сочтя, видно, просьбу жены очередной прихотью.
Через несколько дней пришло письмо на имя Барра Харадона из Зоннигога. Оно было от личного секретаря Моаркса, и в нем говорилось, что Лорд Моаркс соблаговолил оказать покровительство Барри Харадону и что Барри Харадон должен засвидетельствовать свое почтение перед Властителем Креллигом.
В тот же день, несколько позже, пришло приглашение от Властителя, которое лично принес один из рабов-телохранителей Креллига, великолепный гигант с планеты Топлиц. В нем предписывалось под страхом навлечь на себя гнев Властителя присутствовать на аудиенции, даваемой Креллигом своему двору, которая должна состояться вечером следующего дня.
Харадон торжествовал. Его карьера среди аристократов Варлаама достигла высшей точки: ему разрешено присутствовать при особе сюзерена.
Барр оделся в придворное платье, приобретенное всего за несколько дней до этого события, — одеяние, стоившее ему более тысячи стелларов, покрытое сияющими, драгоценными камнями и редкими металлами. Он посетил самый роскошный косметический салон и обзавелся искусственной бородой, что было данью последней моде: так поступали многие придворные, которые не желали отращивать бороду, но хотели бы иметь ее при себе для участия в различных церемониях. Он принял ванну, тщательно причесался, надушился, то есть принял все необходимые меры для успешного дебюта при дворе. Он также удостоверился в том, что в надлежащее время его не подведут хирургические изменения, произведенные нельдианским хирургом.
Наконец долгожданный вечер наступил. Высоко в небе плясали яркие луны Варлаама, озаряемые причудливыми огнями фейерверков, которые сыпались на землю угасающими бриллиантами и жемчугом. В этом месяце родился Властитель Креллиг.
Харадон послал за предварительно заказанным экипажем. Эта была превосходная четырехдвигательная модель, сверкающая яркой золоченой краской. Он в последний раз окинул взглядом свое убогое жилище и взмыл в ночное небо. Через двадцать минут он опустился на внутренний двор Большого Дворцового Комплекса Варлаама, который состоял из затейливо расположенных великолепных дворцов, возвышающихся над остальной столицей на неприступном Огненном Холме.
Прожекторы ярко освещали столичный замок. Кого-нибудь другого могло поразить грандиозное могущество монархии Варлаама, но ненавидящего Харадона никак не задевало это помпезное великолепие. Когда-то его семья тоже жила во дворце — конечно, не таких размеров и не такой архитектуры, ибо жители Зоннигога были скромными людьми без каких-либо претензий. Но все же это был дворец, пока солдаты Креллига полностью не разрушили его по прихоти своего безжалостного хозяина.
Барр вылез из машины и предъявил приглашение надменным часовым Властителя, дежурившим у входа. Они пропустили его, предварительно тщательно обыскав. В вестибюле его уже ожидал Лорд Моаркс.
— Так вот вы какой, Харадон, — вместо приветствия сказал Моаркс, искоса взглянув на бороду Барра. Он протянул руку и слегка дернул за нее. Убедившись, что она настоящая, он радостно засмеялся.
Харадон с трудом заставил себя поклониться.
— Я благодарю вас за честь, которой ваша светлость удостоила меня в этот вечер.
— Нужно благодарить не меня, — хихикнул Лорд. — Моя жена попросила, чтобы ваше имя было внесено в список приглашенных. Но я полагаю, вам это уже известно. Кажется, мне ваше лицо знакомо, Харадон. Где я мог раньше вас видеть?
Моаркс, по-видимому, знал, что Харадон был у него на службе. Но Харадон сказал другое:
— Я как-то имел честь перехватить у вас на аукционе протея, милорд.
Лорд что-то смутно вспомнил, и холодно улыбнулся:
— Что-то такое, кажется, припоминаю.
Прозвучал гонг.
— Мы не должны заставлять Властителя ждать нас, — произнес Моаркс. — Идемте.
Вместе они вошли в Главную Палату Властителя Варлаама.
Моаркс вошел первым, как и положено по его рангу, и занял место слева от монарха, который сидел на возвышающемся троне, украшенном цветами Варлаама: золотом и пурпуром. Харадон хорошо знал правила этикета и немедленно встал на одно колено.
— Поднимитесь! — приказал Властитель. Его голос, словно шуршание сухих листьев, был едва слышен, но тем не менее в интонации чувствовались жесткие и властные ноты.
Харадон поднялся и посмотрел прямо в глаза Креллигу.
Два похожих на бусинки, устрашающих глаза мерцали на сморщенном, уставшем от жизни лице. Губы Властителя были тонки и бескровны, нос похож на рубец, делящий все лицо на две части, подбородок выпирал вперед.
Затем Харадона посмотрел на окружение монарха. Палата была огромным залом с четырьмя большими колоннами. Вдоль стен теснилось несколько рядов придворных. Среди них было немало женщин, и Харадон знал, что, несомненно, не одна из них была любовницей этого страшилища.
Посреди зала висело нечто, напоминающее гигантскую клетку, полностью задрапированную несколькими слоями красного бархата. В ней, видимо, притаился какой-нибудь свирепый хищник, возможно, даже гигантский орел с планеты Биллидон, орел с огромными загнутыми когтями и стальными иглами оперения.
— Добро пожаловать ко двору, доблестный рыцарь, — пробормотал Властитель. — Вы, кажется, гость моего лучшего друга Моаркса, да?
— Так точно, сир, — вытянулся Харадон. Голос его отозвался громким эхом в глубине просторного зала.
— Моаркс собирался нас порадовать каким-то небольшим сюрпризом. Полагаю, что вы по достоинству оцените его старания, — плюгавый монарх хихикнул, предвкушая забаву. — Мы очень благодарны вашему покровителю, Харадон, за то, что он подготовил нам развлечение.
Харадон нахмурился, беспокоясь о том, не будет ли он сам объектом развлечения. Но сейчас терять было нечего. Прежде, чем закончить этот вечер, он сам хорошо позабавится.
— Поднимите занавеску, — приказал Лорд Моаркс, повинуясь жесту руки Властителя.
И в тот же миг из углов черного зала появились рабы с Топлица и потянули за толстые веревки, которые удерживали драпировку клетки. Тяжелые складки бархата медленно поднялись, открыв взору, как и ожидал Харадон, огромную клетку.
В клетке находилась молодая женщина.
Она висела, подвешенная за запястья к брусу, прикрепленному к крыше крыше клетки. Она была совершенно голая. Брус медленно вращался, поворачивая ее как нанизанную на вертел дичь. Харадон похолодел. В оцепенении смотрел он на стройное обнаженное тело, покачивающееся в клетке. Ибо это была Леди Моаркс.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
